SPACES

Спорт, искусство и мебель переплетены в истории и ценностях

Edra Magazine N°1 - Words: Laura Arrighi
  Pack  Диван-медведь авторства Франческо Бинфаре согревает у огня в лаундже Casa Italia в Пхенчхане, 2018.

Casa Italia Беатрис Бертини и Клаудии Пиньятале ознаменовали начало новой эры в индустрии гостеприимства.

Олимпийские игры в Рио-де-Жанейро прошли в августе 2016 года. В составе итальянской команды было больше женщин, чем когда-либо: из 314 спортсменов 170 мужчин и 144 женщины. По итогам соревнований в медальном зачете Италии было 8 золотых, 12 серебряных и 8 бронзовых медалей. Помимо спортивных успехов, внимание прессы, профессионалов и общественности привлекла специальная «золотая медаль за красоту». Ее выиграла Casa Italia, созданная Национальным олимпийским комитетом Италии (CONI) для приема итальянских спортсменов. Он расположился в клубе Costa Brava, бруталистском здании, спроектированном в 1960-х годах архитектором Рикардо Менескалем. Здание стоит на скале, соединенной с побережьем бетонным мостом. В этом объекте впервые система ценностей «Made in Italy», была интегрирована для укрепления и поддержки олимпийской сборной. Диего Непи Молинерис, директор по маркетингу CONI и менеджер Casa Italia, сказал в интервью: «Этот проект, которым я горжусь, полностью завладел моим вниманием. Я считаю, что он может означать начало новой эры в индустрии гостеприимства. В клубе Costa Brava чувствовали себя как дома не только посетители, в том числе многочисленное итальянское население Бразилии, но и самые важные бренды нашей страны.
Помимо спорта, Casa Italia демонстрирует ценности Италии и саму суть фразы «Сделано в Италии».
Первый проект Casa Italia (и последующие), а также многие другие мероприятия, связанные со спортом, были организованы женщинами: Беатрис Бертини и Бенедетта Аччари отвечали за концепцию и художественный дизайн, а Клаудия Пиньятале - за дизайн интерьера. Беатрис Бертини работала в Gnam и Accademia di Belle Arti в Риме, Le Papesse в Сиене. Сейчас вместе с Бенедеттой Аччиари она является директором Ex Elettrofonica, галереи современного искусства, которая ознаменовала перемены в архитектурной концепции выставочного пространства и стала местом взаимодействия изобразительного искусства и архитектуры.
Архитектор Клаудия Пиньятале основала галерею Secondome, которая уникальные экспонаты, авторские работы, выполненные на заказ, и ценные коллекционные предметы. После Рио-де-Жанейро Edra сопровождает Casa Italia по всему миру, помогая представлять итальянское величие во всех его формах, от искусства до дизайна и инноваций. Журнал Edra встретился с Беатрис и Клаудией, чтобы поговорить об их опыте работы в мире спорта.

Как вы попали в этот проект?
Беатрис Бертини: Впервые я встретила Диего Непи во время Открытого чемпионата Италии, и наш первый разговор был особенно откровенным. Еще до начала нашего сотрудничества в CONI мы поняли, что искусство может придать престижность и известность зонам корпоративного гостеприимства, тем местам, где люди, желающие посетить спортивные мероприятия, проводят время. В ранних проектах на стенах висели картины. Когда спросили моего мнения как искусствоведа, я высказалась критически о таком подходе. Искусство имеет свой собственный язык, и на нем нужно уметь говорить; это не форма украшения. Картины, казалось, висели как элемент декора и придавали цветовой акцент комнатам. Мы смотрели, как играют энергичные, молодые люди, но в помещениях, которые мне показывали, этой энергии не было. После этого разговора меня попросили организовать следующее мероприятие.

Клаудия Пиньятале: Беатрис привнесла в теннис глоток свежего воздуха. Когда меня попросили поработать с ней, я была в восторге. Наши отношения, которые начались с Italian Open в 2015 году, основывались на диалоге, интеграции дизайна и единстве, что привело нас к Casa Italia.


Гостеприимство сильно изменилось за последние годы. Как вы относитесь к роли искусства и дизайна интерьера в нем?

Беатрис Бертини: Самой значимой моей работой было донести, как этот новый взгляд на гостеприимство, включающий интеграцию предметов искусства и объектов, должен вступить в союз с той энергией, которую излучает спорт. Именно через эти пространства мы должны говорить об Италии как о динамичной и продуктивной стране. Мои первые проекты были связаны с чемпионатами Open в 2013 и 2014. Это были две болезненных попытки, потому что я чувствовала, что нам не хватает кого-то, кто мог бы усилить работу с дизайном пространства. Когда я встретила Клаудию в 2015 году, я поняла, что она может стать этим человеком. С этого момента мы начали думать о лаунж-зонах как о полноценных проектах в области гостеприимства.

Клаудия Пиньятале: Это был огромный вызов для нас. Особенно в начале. Цель состояла в том, чтобы заставить людей понять центральную роль искусства и дизайна в проекте гостеприимства, а не только их функциональный смысл. Мы также привлекли к концепции поваров, некоторые из которых скептически относились к нашей задумке. Еда также должна была быть частью истории, которую мы хотели рассказать. Это было не очевидно, но как только концепция была сформулирована, все с энтузиазмом приняли участие.

Каково было работать вам, женщинам, с CONI над проектом Casa Italia?

Беатрис Бертини: CONI — это мужская среда со всеми вытекающими отсюда нюансами. Это очень «мускулиный» коллектив, и  необходимо привыкнуть к определенному способу взаимодействия. Но это чистая энергия, и это стимулирует нашу работу.

Клаудия Пиньятале: Мы единственные женщины, которые работали над проектом Casa Italia, но мы привносим командный дух. Мы пытались передать, что именно встречи и отношения между людьми делают возможным успех этой истории. Это не было вопросом пола. Такой подход сработал, и мы создали отличную команду.

Какими были и какими будут шаги Casa Italia на Олимпиаде?

Клаудия Пиньятале: Первым проектом был Casa Italia в Рио в 2016 году, основанный на концепции Horizontal (Горизонталь). Идея заключалась в том, чтобы рассказать историю тесной связи Италии и Бразилии, которая существует  с незапамятных времен, когда итальянские мигранты прибыли в Америку со своими картонными чемоданами. Когда мы посетили наш дом, в клубе Costa Brava, концепция стала очень ясной. Здание само по себе уже являло фантастическое повествование, напоминающее знаменитый Дом Малапарте, только в десять раз больше по площади и расположенное на маленьком острове, соединенном с материком 90-метровым пешеходным мостом, с видом на фавелу Росинья, которая с побережья Коста-Брава выглядит, как вертеп. Нам удалось привлечь к участию великих деятелей из разных областей - художников и бизнес-партнеров, которые в полной мере смогли представить лучшее каждой из двух стран, выполняя наше обещание плодотворного смешения итальянской и бразильской культур. В результате получилась современная, свежая и гостеприимная обстановка.
Затем были Зимние Олимпийские игры 2018 года в Пхенчхане (Южная Корея). Это было непросто. Нам пришлось иметь дело с сибирскими температурами и гольф-клубом, не приспособленным для  работы в зимний сезон. Мы решили превратить Yong Pyong Glof Club в шале, следуя концепции Prospectum (перспективы). Цель состояла в том, чтобы представить нашу страну через культурные изобретения, признанные во всем мире: представление перспективы, обновленное и модернизированное современным языком.
Casa Italia утопал в снегу, а подъездные дороги напоминали геометрические линии, нарисованные на белом листе бумаги. Мы пригласили художников, которые оформили пространство и интерпретировали обещание итальянской сборной, родившейся в Рио, которая в то время была огнем на льду. Центральным элементом Casa Italia был большой камин с подвешенной над ним световой инсталляцией. Токио 2020 был нашей последней остановкой, основанной на концепции Mirabilia (Замечательные вещи), комнат чудес, которые имеют важную историю в мире искусства и повествования. Мы попытались объединить итальянскую и японскую культуры, сосредоточившись на итальянском мастерстве и отношениях между людьми. Мы показали чувства человека в его взаимодействии с природой, стихиями и магией повседневной жизни. Архитектура усадьбы Таканава, типичная для европейских домов конца 19-го века, подразумевает наличие двух этажей: на первом гостей встречали - кресло Rose и Getsuen японского дизайнера Масанори Умеда, прославляя японское искусство икебаны, цветов и их тонкую сущность. Красные бархатные розы и лилии были данью уважения стране Восходящего Солнца, отражая изысканность и утонченность японской культуры,  приветствуя гостей в прекрасном цветочном зале. Затем были Italian Open и опыт Casa Italia Collection - FISI для чемпионата мира по горным лыжам в Кортине в 2021 году, который только что закончился. Мы превратили ресторан 5 Torri в место, где итальянское совершенство прославлялось в каждой детали, от дизайна до предметов искусства. Так появилось Spazio Amato (любимое пространство) результат работы Массимо Уберти, который для каждого из нас имеет свое значение, но всегда остается безопасной гаванью и тепло встречает. В этих обстоятельствах любимым местом назначения является сама Италия, то место, где мы находимся и куда приезжаем, чтобы поддержать наших спортсменов.

Беатрис, ты та, кто представляет миру эти концепции. Как они возникают?

Темы корпоративного гостеприимства рождаются из идеи отдать дань уважения стране, которая нас принимает. Мы не должны навязывать насильно Италию принимающей стороне, но стремимся найти связь между странами. У трех проектов Casa Italia есть одна общая черта: попытка найти точки соприкосновения. В Рио, например, мы установили I Prismi Джузеппе Галло, на которых изображена реальная и выдуманная коллекция бронзовых карнавальных масок. Таким образом, мы перенесли итальянский Carnevale в Бразилию. Prospectum в Южной Корее, с другой стороны, был теоретическим рассуждением на теме эссе «Перспектива как символическая форма», в котором Эрвин Панофски показывает, как каждая культурная эпоха разработала свой собственный способ представления пространства, которое можно понимать как отдельную «символическую форму» именно в этой культуре. Таким образом, перспектива — это лишь одна из возможных точек зрения в нашей интерпретации мира. Между Италией и Южной Кореей было не так много точек соприкосновения, поэтому идея заключалась в том, чтобы предложить изменение точки зрения и способствовать эмпатии и способности “ходить в чужой обуви”, глядя на вещи с новой и часто незнакомой точки зрения, обогащаясь от взаимодействия. Наша цель — реализовать коллективный проект, который обретает единую форму,  а отдельные элементы следуют своей логике: Horizontal — это линия посреди чистого листа бумаги, Prospectum — это начало строительства дома, безопасного места, Mirabilia  — это момент, когда мы покидаем дом и начинаем с уверенностью смотреть на мир и природу, потому что у нас есть безопасное место, куда можно вернуться. Мы создаем историю, которую нужно рассказать. Этот проект продлится до Лос-Анджелеса 2028 года. Это интересно. Мы стараемся соответствовать не только индивидуальным проектам, но и общему замыслу.

Как произошла встреча с Edra?

Клаудия Пиньятале: Это был 2007 год, и я только что открыла концепт-стор в Риме, галерею Secondome, где были собраны бренды, которые занимались исследованиями в области дизайна, одним из них была Edra. Во время нашего визита в Casa Italia в Рио я увидела фавелу Rocinha из клуба Costa Brava, я естественно подумала об Edra: проект можно было реализовать только с ними. Союз Италии и Бразилии является частью их идентичности. В каком-то смысле фавелы стали нашим воображаемым мостом с Италией. Кресло Favela, созданное для Edra бразильскими братьями Кампана, и тот набор ценностей предмета, которые выходили далеко за рамки архитектуры и дизайна, стали центром проекта Casa Italia. Знаковый предмет воплощал и выражал ту глубокую связь, которую мы стремились установить. Другие предметы Edra придали сильный характер комнатам Casa Italia и дополнили произведения искусства и пространство. Стулья Gina в ресторане преломляли солнце Рио и освещали комнату, а диваны On the Rocks были нашим внутренним архипелагом на маленьком острове Коста Брава. Каждый элемент, казалось, идеально вписывался в пространство, как часть пазла, как что-то, что должно было быть точно на этом месте.
Затем партнерство стало крепче. Pack в Пхёнчхане-2018: диван с медведем согрет огнём в камине, который мы построили специально для этого мероприятия как метафору олимпийского огня. И так по всем остальным проектам. Коллекции Edra всегда умели точно и изысканно реагировать на повестку, различные функциональные и эстетические потребности.

"Во времня нашего визита на объект CASA ITALIA в Рио, когда я увидел фавеллу Росинья из клуба Costa Brava, подумать от Edra было очень естественным: этот проект мог быть реализован только с ними. Союз Италии и Бразилии - часть их идентичности. В каком-=то смысле фавелла стала воображаемым мостом в Италию"

Что вас больше всего очаровало в сочетании искусства, дизайна и спорта?
 
Беатрис Бертини:
Искусство и спорт имеют много общего, особенно ценности. Философ Ханс-Георг Гадамер написал эссе об искусстве как игре, символе и празднике. Он сказал, что это три основных компонента, благодаря которым создается произведение искусства. Игра — это попытка сделать что-то без всякой цели, как ребенок, который бросает камни в море ради удовольствия, это не удовлетворяет какую-то потребность. Символ порождает вневременной, долговечный образ именно потому, что, хотя он всегда один и тот же, он будет меняться в зависимости от личности, состояния ума, момента жизни, и вопросов, которые задает ему наблюдатель. Наконец, праздник, посвященное празднованию какого-то случая мероприятие, когда группа людей отдает дань уважения произведению, которое впоследствии приобретает свою художественную ценность. Все это имеет непосредственное отношение к спорту: удовольствие от игры, символические ценности, например, медали, и Олимпийские мероприятия как время празднования. На практическом уровне, если ты стремишься к высоким ценностям, все элементы должны этому   соответствовать.
Мы никогда не думали о том, чтобы быть поучительными,  не думали о демонстрации спортивной тематики. Запечатление креативности, умы, уважения к природе, эмоций, настойчивости и национальной идентичности создает связи между спортом, дизайном и искусством, которые начинают спонтанно взаимодействовать. Это абсолютные ценности, с которыми себя может идентифицировать каждый, однако этот процесс не должен преследовать какую-то цель. Вот почему мы не допускаем рыночных отношений на наших событиях. Мы никогда не говорим о продаже работ и объектов, потому что ценность должна оставаться высокой. Экономические выгоды, конечно, есть, но нас это не интересует.

Клаудия Пиньятале: Спортсменка, дошедшая до Олимпийских игр, должна была пожертвовать всем, чтобы заслужить это место с жертвенностью, страстью и самоотверженностью. Это ценности, которые объединяют спортивный и творческий миры. Casa Italia также была для нас соревнованием: два года планирования недельной инсталляции, которая собирается за три дня, а затем исчезает.

Что вы думаете об Edra?

Беатрис Бертини: Edra смелая, вот что меня в ней больше всего привлекает. В истории фабрики было несколько предметов, которые возникли из отчасти безумных идей, если рассматривать их в точки зрения правил рынка. В искусстве мы привыкли работать с уникальными произведениями, но промышленное производство влечет за собой огромные инвестиции. У меня сказочное представление об Edra, потому что я чувствую, что она похожа на тех, кто, как и мы, исследует современность. Edra верит в творцов и их потенциал. У бренда есть способность влюбляться в идею и воплощать ее в жизнь, поддерживая интуитивную связь с автором. Что и происходит с нами в искусстве.

Клаудия Пиньятале: Союз между Secondome и Edra естественен, потому что в его основе лежит общая философия о природе пространства и функции дизайна, который его заполняет. Креативность, универсальность, исследования и философское содержание, лежащие в основе каждого творения, сблизили нас и стали фундаментом, на котором может быть построено долгосрочное сотрудничество.

 


Лаура Арриги

Архитектор с докторской степенью в области дизайна, внештатный веб-райтер и редактор. В основном она работает в оформлении интерьеров, дизайне и моде и проявляет особый интерес к гибридизации различных дисциплин. Она совмещает писательство, исследования, преподавание и дизайн, поскольку она работает с проектами государственных институций и некоторых из самых важных итальянских архитектурных бюро.

Photo: Pietro Savorelli


Галерея изображений

Share